Политика31 октября 2019 19:34

Сын за отца в Эстонии в ответе

О том, как эстонские визовые чиновники в своей маниакальной подозрительности переплюнули даже товарища Сталина
Право, есть от чего Саше взгрустнуть - любимая Эстония назвала его жутко опасным для себя человеком, к любимой тете в Таллин уже не приедешь.

Право, есть от чего Саше взгрустнуть - любимая Эстония назвала его жутко опасным для себя человеком, к любимой тете в Таллин уже не приедешь.

Заголовок не совсем в тему: не отец я человеку, о котором хочу рассказать, и не мать – но фраза «племянник за тетю не отвечает» звучит не столь ярко, как «сын за отца». Иосиф Сталин произнес эту фразу в 1935 году, следующей зимой весь советский и постсоветский мир будет «праздновать» ее 85-летие - но некоторые страны и люди, похоже, начали готовиться к этому событию уже сейчас.

Итак, к делу. Есть на свете хорошая страна Эстония. И есть я. Нас связывают очень непростые отношения. Долго уже, лет 30. Дело в том, что я ее люблю, а она меня – не очень. Я про нее пишу статьи, и она тоже, только я – в «Комсомольскую правду», а она - в ежегодники Полиции Безопасности. Поэтому время от времени она мне мстит: то после серии репортажей о Бронзовом солдате мне кредитку в банке заблокируют, как неблагонадежному лицу. То вдруг начнут на границе вещи трясти. Но в общем и целом мы друг с другом давно смирились. На войне как на войне, хотя бы и информационной.

Фига вместо визы

И тут вдруг прилетает мне от эстонского МИДа горячий и пламенный привет.

Я по наивности думала, что это случайность: делаю, например, человеку частное приглашение посетить Эстонию, а он вместо визы получает фигу. Отказ по пункту 6: «Угроза безопасности государству». Человек при этом может вообще не иметь отношения к политике, но это никого не интересует: он запятнан самим фактом нашего знакомства или родства.

Такой вот «волчий билет» выписала Эстония в лице своего московского Посольства моему племяннику.

Когда в прошлом году в визе в Эстонию отказали моему мужу, я списала это на недоразумение. Когда несколько месяцев назад о точно такой же истории на своей страничке в соцсетях написал защитник «Бронзового солдата» Максим Рева (по его приглашению «угрозой безопасности» признали не только его тогдашнюю невесту, а ныне законную супругу, но и ее детей в возрасте 9 и 12 лет) – не поверила: не может же страна так глупо подставляться! Но когда «белый билет в ЕС» выдали моему родному племяннику Саше, который стопроцентно «не был, не состоял и не участвовал» – все встало на свои места.

Саша и гномы

Кто такой Саша?

Это большой уже человек в возрасте 34 лет, детство которого было тесно связано с Эстонией - его даже крестили в Пюхтицком монастыре. Для которого эта страна стала первой заграницей и первой учительницей, проводником в большой западный мир. Где он научился пользоваться вилками и ножами, а однажды даже приволок откуда-то староэстонское слово «мырсья» (невеста), которое знает не каждый эстонец. То есть, тест на лояльность человек давно прошел.

Никаких столкновений у него со страной Эстонией не было. Хотя…

Декабрь 1991-го. Предрождественский Таллин. Большой советской страны как таковой уже нет, но нет пока и виз с пограничниками. Саша с родителями и младшим братом приезжает в гости. В Ижевске, где они живут, еда давно закончилась, а в Эстонии еще все-таки немного осталась. И вот идем мы с ним на Ратушную площадь. И здесь у человека случается культурный шок. Потому что он видит гномиков! И елку! И рождественские огни! Маленькие эстонские мальчики в красных шапочках весело водили хоровод и грызли имбирные пряники. Саша, в жизни которого ничего подобного доселе не происходило, смотрел на них, открыв рот. Мы и оглянуться не успели, как он подскочил к руководительнице: «Тетя! Вы – командир гномиков? Я тоже хочу быть гномиком! Пожалуйста, запишите меня в ваш отряд!» И тут она, смерив его презрительным взглядом, отчеканила: «Нэээт, мальчик! Ты не можешь быть гномиком, потому что ты – русский мальчик! Только эстонские мальчики могут быть гномиками!»

Таким вот несмышленым мальчишкой мой племянник Саша имел неосторожность полюбить Эстонию.

Выражение лица, с которым застыл в тот момент шестилетний ребенок, было сопоставимо с лицом взрослого уже человека, которому эстонское посольство выдало свой визовый приговор…

Бойцы невидимого фронта

Думаю, не стоит тратить время на вопрос: «За что?» и доказывать, что мой племянник Саша не читает тетиных статей, не стоит в почетном карауле у Бронзового солдата, не торгует контрабандными сигаретами, не превышает скорость и не имеет никаких дел с правоохранительными органами. Он даже в российской армии не служил. Все и так прекрасно понимают, что вопрос не в нем.

На сайте МВД Эстонии, на котором висит список всех эстонских «угрожальщиков», ни его, ни меня, разумеется, нет. И быть не может – потому что ни в одной стране ЕС ни одной юридической претензии к нам обоим никогда в жизни официально сформулировано не было.

Дело не в том, что человеку не дали визы – каждая конкретная страна действительно имеет право решать, кого она рада видеть, а кого нет. В другом: в том, что эстонское государство вместо меня наказывает моих близких и при этом нагло врет своим начальникам в Брюсселе, что мы с моими родственники по неким «закрытым данным» будто бы представляем угрозу безопасности целому государству - что является стопроцентной ложью.

Кто конкретно это делает, я не знаю: ни премьер-министр, ни президент Эстонии о моем существовании наверняка даже и не подозревают. Сидит, скорее всего, в эстонском МИДе какой-то озлобленный визовый офицерик и тихонько гадит направо и налево, пока его никто не контролирует. И тихо радуется, если у него это получается. Дикая, согласитесь, картина!

Вендетта по-эстонски

Полагая, что разум все-таки должен победить глупость, я отправила письмо коллеге – пресс-секретарю эстонского посольства в Москве Дмитрию Миронову.

«Уважаемый Дмитрий!» - написала я ему. «Мне придется нанести по Эстонии информационный удар и рассказать всем международным инстанциям о том, что вы оказываете на меня психологическое давление, препятствуете журналистской деятельности и портите судьбу абсолютно непричастному к политике человеку только из-за того, что он – мой кровный родственник».

Увы, прошло почти полгода – но никто мне из эстонского посольства в Москве так и не ответил. Прошу, кстати, эстонских налогоплательщиков обратить на это внимание: пресс-секретарь посольства, который получает зарплату за то, чтобы налаживать контакты с коллегами из российских СМИ, получает ее явно зря.

Вместо послесловия

Частная вроде бы история, но у ней много днищ.

Мы привыкли к депортациям журналистов из некоторых русофобствующих стран, приняв правила этой веселой игры, которая длится уже несколько лет. Вроде как ты уже и не совсем член профессионального сообщества, если тебя ни разу ниоткуда не выслали и не лишили визы. Мы сами выбрали себе профессию и готовы нести ответ за то, что говорим и пишем. Ну а близкие-то наши при чем?

Вот испортили молодому человеку визовую историю – который вообще-то Эстонию искренне любил – а теперь пребывает в полном недоумении: чего он сделал-то кроме того, что любил сюда приезжать и тратить деньги?

ЗА КАКИЕ ТАКИЕ ДЕЛА ЕГО ФАМИЛИЮ ВНЕСЛИ В ЧЕРНЫЙ СПИСОК ЕС?

Морально-то кому-то в эстонском МИДе может и стало и легче – но российский транзит в Эстонию все равно не вернулся.

Но я сейчас даже не об этом. Проживет мой племянник Саша без Эстонии: в мире есть еще много хороших стран – но я как-то теперь волнуюсь за судьбу всего ЕС. Ведь врут, очевидно врут в своих отчетах в Еврокомиссию эти держатели маленьких национальных шлагбаумов, придумывая несуществующие «угрозы» и назначая «врагами» абсолютно невиновных людей. Но этому однажды придет конец, и их брюссельские начальники, подивившись внезапно распухшему количеству «угроз безопасности государству» в республиках Прибалтики, потребуют, наконец, хоть каких-нибудь доказательств. А их не будет.

И тут на сцену выйдем мы, белые и пушистые. И с удовольствием доказательства этой оплаченной государством лжи предоставим. Занавес.